В статье рассматриваются ключевые аспекты политики и практики в области изъятия земель при гидростроительстве на материалах двух Иртышских и Обской ГЭС, построенных в 1950-е годы. Анализируются нормативно-правовая база, регулировавшая отчуждение земель под государственные нужды, и алгоритм изъятия земель у колхозов на практике, механизмы взаимодействия властей и ведомств разного уровня по земельному вопросу в зонах затопления и подтопления, организация и порядок проведения землеустройства. Приводятся агрегированные данные по объемам изъятий и компенсаций колхозам в зонах Усть-Каменогорской, Новосибирской и Бухтарминской гидроэлектростанций, в связи со строительством которых в сложившихся сельскохозяйственных районах появились искусственные водохранилища разного объема и площади. По итогам исследования сделан вывод о применении нескольких сценариев земельного переустройства. Один из них основан на полной или частичной компенсации за счет земель государственного фонда или участков соседних колхозов. Иные сценарии исходили из отказа от земельной компенсации, предлагая взамен государственную поддержку в форме денежных выплат, налоговых льгот, а также права на внутрихозяйственное перераспределение земель и частичное изменение аграрного профиля. Несмотря на то что задачи развития гидроэнергетики превалировали над аграрными, государство предусматривало систему мер по поддержанию жизнеспособности колхозов в зонах затопления и подтопления как главных сельскохозяйственных производителей.
Based on the materials of the Irtysh and Ob hydroelectric power stations built in the 1950s, the article considers the key aspects of policies and practices of land alienation and compensation for collective farms during hydraulic construction: the regulatory framework of land alienation for state needs and its practice in relation to collective farms; mechanisms of interaction between authorities and departments of different levels on land issue in flood zones; organization and implementation of land alienation and management. The authors provide data on the volume of exemptions and compensations to collective farms in the zones of the Ust-Kamenogorsk, Novosibirsk and Bukhtarma hydroelectric power plants, the construction of which created artificial reservoirs of various volumes and sizes mainly in agricultural areas. The authors identify several land reconstruction scenarios, which usually implied complete or partial compensation at the expense of other categories of state lands. Although the objective of developing hydropower took precedence over agricultural goals, the state provided for a system of measures to maintain the viability of collective farms as the main agricultural producers in flood zones.
Полнотекстовая версия статьи готовится к публикации.